Большая библиотека скорее рассеивает, чем поучает читателя. Гораздо лучше ограничиться несколькими авторами, чем необдуманно читать всех подряд.
Большая разница в том, чтобы не хотеть или не уметь согрешить.
Больше звона, чем смысла.
Больше пользы приносит речь, которая малыми долями прокрадывается в душу. В пространных же рассуждениях, написанных заранее и прочитанных при народе, шуму много, а доверительности нет.
Будем наслаждаться своим уделом, не прибегая к сравнениям. Никогда не будет счастлив тот, кого мучит вид большего счастья.
Когда тебе придет в голову, сколько людей впереди тебя, подумай, сколько их следует сзади.
Бывают заблуждения, имеющие видимость истин.
В беде следует принимать опасные решения.
В словесности, как и во всем прочем, мы страдаем невоздержанностью.
Важно не то, долго ли, а правильно ли ты прожил.
Важно не количество книг, а то, чтобы они были хорошими.
Вдвойне дает тот, кто дает быстро.
Не так опасны пороки, не скрытые от глаз; даже больные идут к выздоровлению, если болезнь прорвалась из глубины и обнаружила всю свою силу. Знай, что и скупость, и честолюбие, и другие недуги человеческого духа пагубнее всего тогда, когда прячутся под личиной здоровья.
Великая судьба — великое рабство.
Великие полководцы, когда замечают плохое повиновение у солдат, усмиряют их трудом и держат в узде походами. Кто занят, у того нет времени на озорство; и вернее верного то, что дело искореняет пороки, порожденные бездельем.
Великих людей питает труд.
Величие души должно быть свойством всех людей.
Величие некоторых дел состоит не столько в их размерах, сколько в своевременности.
Верность друга нужна и в счастье, в беде же она совершенно необходима.
Веселье не наполняет сердце, а лишь разглаживает морщины на лбу.
Вечного нет ничего, да и долговечно немногое.
Власть над собой — самая высшая власть; порабощенность своими страстями — самое страшное рабство.
Власть над чужими народами непрочна.
Все заботятся не о том, правильно ли живут, а о том, долго ли проживут; между тем жить правильно — это всем доступно, жить долго — никому.
Все люди одинаковы по существу, все одинаковы по рождению. Знатнее тот, кто честен по природе.
Всякий человек столь же хрупок, как все прочие: никто не уверен в своем завтрашнем дне.