Люди честолюбивые более завистливы, чем люди без честолюбия.
Метафора — это отличительный признак гения, ибо способность создать хорошую метафору есть способность распознать сходство.
Можно ли назвать счастливым того, чье потомство презренно?
Мы лишаемся досуга, чтобы иметь досуг, и войну ведем, чтобы жить в мире.
Наблюдая за достойным человеком, судят о нем по его делам, поскольку иначе невозможно обнаружить, какому выбору он следовал. А если бы можно было непосредственно видеть совесть человека и его стремление к прекрасному, то его сочли бы добродетельным и без дел.
Нам хорошо иногда, богу — всегда.
Начало — это, по всей видимости, больше половины всего дела.
Не следует страшиться ни бедности, ни болезней, ни вообще того, что бывает не от порочности и не зависит от самого человека.
Не хорошо многовластие: один да будет властитель.
Не цель бывает предметом решения, а средства к цели.
Однажды Аристотеля упрекнули в том, что он подал милостыню человеку дурного нрава, на что ученый заметил: «Я подаю не нраву, а человеку».
Скромность — середина между бесстыдством и стеснительностью.
Совершенно невозможно действовать в общественной жизни, не будучи человеком определенных этических качеств, а именно человеком достойным.
Совесть — это правильный суд доброго человека.
Сомневаться небесполезно. Сомневаясь, мы приходим к исследованию; исследуя, достигаем истины.
Справедливость есть приобретенное свойство души, в силу которого люди становятся способными к справедливым действиям, поступкам и желанию справедливости.
Счастливы камни, из которых сложены жертвенники, потому что их чтят, между тем как их сотоварищи попираются ногами.
Тверже тот, кто побеждает желания. Лишь тот смел и храбр, кто себя одолевает.
То, что человек есть в возможности, его творение являет в действительности.
Того, кто опасается обладать каким-либо благом, нельзя считать нравственно прекрасным. Хорош и прекрасен тот, для кого все хорошее хорошо, и его не портят такие вещи, как богатство и власть.
Тот, кто находит удовольствие в уединении, либо дикий зверь, либо бог.
У кого есть друзья, у того нет друга.
Уничтожение одного есть рождение другого.
Философия, или любомудрие, заключает в себе удовольствия, удивительные по чистоте и неколебимости, и, разумеется, обладающие знанием проводить время в созерцании получают больше удовольствия, нежели те, кто эти знания ищет.
Хотя мы смертны, мы не должны подчиняться тленным вещам, но, насколько возможно, подниматься до бессмертия и жить согласно с тем, что в нас есть лучшего.
Человек, достигший полного совершенства, выше всех животных; но зато он ниже всех, если живет без законов и справедливости. Действительно, нет ничего чудовищнее вооруженной несправедливости.
Эгоизм заключается не в любви к самому себе, а в большей, чем должно, степени этой любви.