Руссо Жан-Жак

Благо ли спокойствие? В темнице, к примеру, живут спокойно, но разве из этого следует, что там хорошо? Греки, запертые в пещере циклопа, жили там спокойно в ожидании, когда придет их очередь быть съеденными.
Больше всего следует опасаться тех страстей, которые обманывают, вместо того чтобы неволить, и побуждают нас без нашего ведома делать не то, чего мы желаем.
Вам никогда не удастся создать мудрецов, если будете убивать в детях шалунов.
Везде, где приятное заменяют полезным, приятное почти всегда на этом выигрывает.
Величайшая ошибка при воспитании — это чрезмерная торопливость.
Весьма опасаюсь, как бы тот, кто с первого знакомства обходится со мною так, будто мы дружны двадцать лет, не обошелся бы со мною двадцать лет спустя, как с незнакомцем, попроси я его о важной услуге.
Видеть несправедливость и молчать — это значит самому участвовать в ней.
Воображение не украшает более ничего из того, чем мы овладели; ослепление прекращается, как только начинается наслаждение.
Вообще люди малознающие много говорят, а те, которые много знают, говорят мало.
Воспитание человека начинается с его рождения; он еще не говорит, еще не слушает, но уже учится. Опыт предшествует обучению. Чем меньше люди знают, тем обширнее кажется им их знание.
Все страсти хороши, когда мы владеем ими; все дурны, когда мы им подчиняемся.
Вся наша мудрость состоит из рабских предрассудков, все наши обычаи — не более как подчинение, стеснение, принуждение.
Вся нравственность человека заключается в его намерениях.
Дайте детству созреть в детстве.
Доброе — это прекрасное в действии.

Доброта, выказанная нам каким-нибудь человеком, привязывает нас к нему.
Единственное искусство быть счастливым — сознавать, что счастье твое в твоих руках.
Если бы мы ненавидели порок столько же, сколько любим наслаждения, мы так же легко воздерживались бы от соблазняющего нас греха, как и от смертельного яда в любимом блюде.
Если Высшее существо не сделало мир лучшим, значит, оно не могло его сделать таковым.
Если истинное счастье принадлежит мудрецу, то это потому, что из всех людей он один, у которого судьба меньше всего может отнять.
Если общественная польза не сделала правилом нравственную справедливость, она может сделать из закона орудие политического тиранства, как это часто и бывало.
Жить — это не значит дышать, это значит действовать. Не тот человек больше всего жил, кто может насчитать больше лет, а тот, кто больше чувствовал жизнь.
Зависимость от вещей, не имея никакого нравственного характера, нисколько не вредит свободе и не порождает порока; зависимость же от людей, будучи необузданной, порождает все.
Злополучие, несомненно, великий учитель; но уроки этого учителя стоят очень дорого, так что польза, извлекаемая из них, часто стоит меньше платы за них.
Знать хорошее важнее, чем знать многое.
Имейте в виду, что никогда незнание не делает зла; пагубно только заблуждение. Заблуждаются же люди не потому, что не знают, а потому, что считают себя знающими.
Иногда удар не попадает в цель, но намерение не может промахнуться.
Иной сходит в могилу ста лет, а умер, едва родившись.
Искусство усиливать наслаждение заключается в умении быть скупым на него.
Кто осторожнее в своих обещаниях, тот точнее в их исполнении.
Кто хочет быть свободным, тот действительно свободен.
Мне известны только три орудия, при помощи которых можно влиять на нравы народа: сила закона, власть общественного мнения и привлекательность наслаждения.
Молодость — вот время для усвоения мудрости, старость — время для ее применения.
Мы рождаемся слабыми — нам нужна сила; мы рождаемся беспомощными — нам нужна помощь; мы рождаемся бессмысленными — нам нужен рассудок. Все, чего мы не имеем при рождении и без чего не можем обойтись, став взрослыми, дано нам воспитанием.

Не будем перемещать возрастов, как и времен года: нужно быть самим собою во все времена и не бороться против природы, ибо тщетные усилия растрачивают жизнь и мешают нам ею пользоваться. Дурной поступок мучает нас не тогда, когда он только что совершен, а когда, спустя долгое время, вспоминаешь его, потому что память о нём не угасает.
Нельзя обесчестить того, кто не страшится смерти.
Никогда, говорят философы, правда не вредит людям: это есть сильное доказательство того, что они говорят неправду.
Ничто так неизменно не влечет за собой неблагодарности, Как одолжения, за которые никакая благодарность не была бы достаточно велика.
Обращайтесь с вашим воспитанником соответственно возрасту. Не допускайте у него даже мысли, что вы претендуете на какую- то власть над ним.
Первая награда справедливости — это сознание, что мы поступили справедливо.
Первое правило: сердцу человеческому свойственно ставить себя на место не тех людей, которые счастливее нас, но только тех, которые больше нас заслуживают жалости.
Печаль, тоска, сожаления, отчаяние — это невзгоды преходящие, не укореняющиеся в душе; и опыт нас учит, как обманчиво горькое чув ство, под влиянием которого мы думаем, что наши беды вечны. Сама по себе жизнь ничего не значит, цена ее зависит от ее употребления.
Похвала развращает тех, кому она нравится.
Роскошь, может быть, необходима для того, чтобы дать кусок хлеба нищим; но если бы не было роскоши, то не было бы и нищих.
Самолюбие — вот источник и начало всех наших страстей; оно рождается вместе с нами и не оставляет нас до последней минуты жизни.
Самолюбие очень похоже на наполненный ветром воздушный шар, из которого вырывается буря, лишь только уколешь его.
Самые большие подвиги добродетели были совершены из любви к отечеству.
Самым счастливым бывает тот, кто наименее терпит горе; самым несчастным — тот, кто меньше всего испытывает удовольствия.
Счастье — это неизменное состояние, не созданное для человека в этом мире. Все на земле — в непрерывном течении, которое не позволяет ничему принять постоянную форму. Все изменяется вокруг нас. Мы изменяемся сами, и никто не может быть уверен, что завтра будет любить то же, что любит сегодня. Поэтому все наши мысли о счастье в этой жизни оказываются химерами.

Так как шаг к добру — это не делать зла, то первый шаг к счастью — это не страдать.
Терпение горько, но его плод сладок.
Тысячи путей ведут к заблуждению, к истине только один.
Тягостными делает труды законодательства не столько то, что надо установить, сколько то, что надо уничтожить.
Уединение пробуждает любовь к людям, неназойливый интерес к ним.
Хула есть очень удобная вещь: напасть можно с помощью одного слова, а нужны целые страницы для защиты.
Час работы научит больше, чем день объяснения.
Человек очень силен, когда довольствуется тем, что он есть, и очень слаб, когда хочет подняться выше человечества.
Чрезмерная радость вызывает скорее слезы, чем смех.
Чтобы жить в добродетели, мы всегда должны вести борьбу сами с собой.
Я не знаю большего недруга людей, чем «всеобщий друг»,
который, будучи всегда в восторге от всего, постоянно поощряет злых и своей преступной снисходительностью льстит порокам, порождающим неурядицы в обществе.
Язык ума будет услышан, если он проходит через сердце.