Власть, добытую преступлением, еще никто никогда не сумел использовать во благо.
Во время гражданских смут самое безопасное — действовать и идти вперед, а не рассуждать.
Во время гражданской войны солдатам позволено больше, чем полководцам.
Во время смут и беспорядков чем хуже человек, тем легче ему взять верх; править же в мирное время способны лишь люди честные и порядочные.
Во всякой войне удачу каждый приписывает себе,' а вину за несчастья возлагают на одного.
Во главе погребальной процессии несли изображения двенадцати знатнейших родов. Но ярче всех блистали Кассий и Брут — именно потому, что их изображений не было видно.
Война привлекала его больше, нежели ее исход. (Об одном из полководцев)
Воспитывать детей для потомства.
Вражда между близкими бывает особенно непримирима.
Все запретное слаще.
Все неведомое кажется особенно драгоценным.
Все неизвестное представляется величественным.
Все, что почитается очень старым, было когда-то новым. И то, что мы сегодня подкрепляем примерами, также когда-нибудь станет примером.
Выставляют свою скорбь напоказ больше всего те, кто меньше скорбит.
Громче всех оплакивают смерть Германика те, кто наиболее обрадован ею.
Даже мудрецов жажда славы покидает в самую последнюю очередь.
Дело воина — стремиться в бой, дело командира — не торопиться.
Деньги — становая жила войны.
Для подчиненных одинаково пагубны как раздоры между начальниками, так и единодушие их.
Добрые нравы имеют большую силу, чем хорошие законы.
Добытая домогательствами хвала должна преследоваться с не меньшей решительностью, чем злокозненность и жестокость.
Дурные люди всегда будут сожалеть о Нероне; нам с тобой следует позаботиться, чтобы не стали жалеть о нем и хорошие. (Император Гальба — своему преемнику Пизону).