Живи в молодости так, чтобы быть счастливым в старости.
Жизнь — дыхание, ибо пока в теле пребывает дыхание, до той поры пребывает и жизнь. Живет лишенный речи, зрения, слуха, живет безумный, безрукий и безногий, но воистину никто не живет без дыхания. Поистине, дыхание — это познание. Поистине, познание — это дыхание, изучение и обучение — это подвижничество.
Жизнь каждого предназначена для радости и земных удовольствий, а если их нет и есть страх и ложь, то она хуже смерти.
Жизнь одна — тел много, истина одна — заблуждений много, знание одно — ересей много. Какой мудрец разберется во всех противоречиях ?
Заживает рана, нанесенная стрелой, вновь поднимается лес, вырубленный топором, но не заживает рана, нанесенная злым словом.
Занозу, расшатанный зуб и дурного советчика надо удалять с корнем — вот условие покоя.
Заслуги — эти приятные цветы растущей славы, благоговейно собранные при помощи добрых дел, уже здесь оказывают свое влияние.
Здоровье — величайшая победа; удовлетворение — величайшее богатство; доверие — лучший из родственников; нирвана — величайшее благо.
Здоровье, стойкость, могущество — великие блага, но они бесполезны, если нет наслаждения любовью.
Знание зависит от ученья, почет — от дел, благополучие — от усердия, награда — от судьбы.
И благое, и приятное приходят к человеку; он различает их. Ибо разумный предпочитает благое приятному, а глупый, ради мирского благополучия, выбирает приятное.
И если незаметна где-нибудь причина, то как с уверенностью скажешь ты, что нет ее совсем? Ведь существующее можем не увидеть мы и по другой причине, как на исходе дня не видим солнца яркий диск.
Из костей сделана эта крепость, плотью и кровью оштукатурена; старость и смерть, обман и лицемерие заложены в ней. Те, кто не вел праведной жизни, не достиг в молодости богатства, гибнут, как старые цапли на пруду, в котором нет рыб.
Известно, что Ормузд создал эти земные творения силой врожденного разума. И земля и небо управляются разумом.
Истина рано или поздно все равно выйдет на свет, и ложь будет повержена в прах.
Истинная красота женщины — в кротости ее характера, а прелесть ее — в кротости ее речей.